Отвечать на интеллектуальные запросы человека, дать им удовлетворение — это значит существенно способствовать моральному воспитанию.
Во внутренней жизни наших детей создался порядок и ясность, когда они получили возможность свободно заниматься разумной работой, удовлетворять свои внутренние нужды, упражняться достаточное количество времени свободно выбранными предметами-стимулами, мыслить абстрактно, поскольку их ум созрел для размышления. После этого в детях стали проявляться грациозность движений, способность наслаждаться красотой и музыкой, близость друг другу; все это брызнуло, как струя свежей воды из внутреннего источника. Все это было работой «освобождения».
Мы не прививали нашим детям нравственность какими-нибудь особенными средствами. Мы не учили их «побеждать капризы» и прилежно сидеть за работой; мы не объясняли им, что порядок необходим человеку и что они должны следовать примеру тех, кто спокоен и упорядочен; мы не читали им нотаций о вежливости, уважении к работе и правам других, терпении. У нас не было ничего подобного. Просто ребенок был оставлен на свободе, и мы помогали ему жить. Он сам научил нас, как ему надо жить и какие у него потребности, кроме материальных нужд. Поэтому-то в атмосфере радости и покоя проявились активность, работоспособность, настойчивость в работе, терпение. Эти дети вступили на мирную дорогу. Препятствия, которые встречались им раньше, были устранены.
И как взрослые при хорошем питании, не отравляющем их организм, становятся спокойнее и способны к более высоким наслаждениям, так и ребенок, когда его внутренние нужды удовлетворяются, попадает в атмосферу покоя и проявляет свое стремление расти духовно.
Все это не касается основ морального вопроса, но лишь очищает его от массы посторонних наростов. Чем более полно удовлетворены нужды человека, тем он счастливее. Но у такого человека нет никакой заслуги, как этого можно бы ожидать от человека с высоко развитым моральным чувством. Мы сами лишили людей всех заслуг. Хорошее, равно как и порочное, исчезло при наступлении эпохи социальных реформ. Когда было установлено, что многие формы хорошего являлись лишь формами материального благополучия, а многие формы дурного были формами несчастья, человек предстал перед нами в истинном свете. Он должен начать свою настоящую жизнь с самого начала и «приобрести заслуги». С этого момента он рождается вновь, появляется из куколки человека, живущего в соответствии с гигиеническими требованиями.
Если бы структура нашего педагогического метода исключительно основывалась на внимании к сенсорному стимулу и вся строилась на воспитании внешних чувств, ограничиваясь только этим, то, очевидно, этот метод не захватил бы всего человека целиком. Потому что, если «не единым хлебом жив человек», он не живет также и исключительно интеллектуальной пищей.
Стимулами внешнего мира служат не только внешние предметы, но также и люди, отношения с которыми не являются чисто сенсорными. На самом деле нас не удовлетворяет простое созерцание красоты людей, которая увлекала греков; нам недостаточно только слушать их речи и песни. Настоящие отношения людей основываются на взаимной симпатии, хотя в начале их лежат внешние чувства.